Часто задаётся вопрос - зачем нам тайны чужой переписки, зачем нам ломкие страницы чужих дневников с неразборчивым почерком?
Зачем нам чужие биографии?
Они нам нужны затем, чтобы очередной раз подтвердить, что человек не одинок. Что он похож на полярного исследователя, обнаружившего стоянку предшественника с банками из под пеммикана и прохудившимися канистрами. Он должен идти дальше, но на этом пути он был не одинок.
Эмоции наши счётны, нас обуревает ужас и отчаяние посреди ледяной пустыни жизни, и вот уж кажется, что твоё одиночество- это одиночество мира. Но нет, читая письма мёртвых людей, ты видишь, что с твоими тревогами и твоим ужасом сталкивались и до тебя.
Но предшественники столкнулись и со счастьем открытия, с той небесной, пузырчатой радостью, что наполняет человека, понимающего, что мысль сильнее смерти.
Вот зачем нужны чужие биографии.

Человек от природы эгоистичен, если в нём мало веры, но много страха, и мир обступает его как философа Сковороду. Но ушёл философ Сковорода от жестокого мира, не поймал мир его. И всяк понимает, шурша чужими дневниками, что есть шанс ускользнуть от отчаяния. Наши жизни полны частного отчаяния - мелких неудач, травли, непонимания близких, осознания своих проступков и подлостей, но наука состоит не в оправдании собственных ошибок, а в осознании того, что ты - часть общего потока познания, неистребимого, как надежда.
Кроме науки мало в жизни человечества бесспорного - и учёные во всяком роде полезнее многих в своих письмах. Физики скупы на слова, филологи говорливы. Но из этого ткётся спасительная верёвка помощи, альпинистская страховка для будущего читателя.

Всё было прежде, но у тебя будет своё, страдания неизбежны, но движение разума выше их ...